Михаил Векслер

Дума про опера Саню

Саня — милиционер,
Он сидит в засаде.
Но совсем не револьвер
В кобуре у Сани...

Вор по прозвищу «Засов»,
Коля Букин он же,
До темнадцати часов
Появиться должен.

...Никого. Но вот и пре-
ступник у «Каштана».
А у Сани в кобуре...
Томик Мандельштама.

Черный ворон «кар, кар, кар!»
С неба произносит.
У преступника — «макаров»,
А у Сани — Осип...

«Гуманист, угомонись», —
Говорили Сане.
Говорили: «Не садись
Не в свои ты сани.

С Хижака бери пример —
С нашего Сталлоне:
Вот где милиционер —
Чистый Аль Капоне».

Саня спорить не хотел,
Но при всем при этом
На преступников ходил
С Тютчевым и Фетом...

Черный ворон «кар, кар, кар!»
С неба произносит.
У преступника — «макаров»,
А у Сани — Осип...

— Скройся, милиционер,
А не то угроблю!
— Море, Букин, и Гомер
Движутся любовью.

— Сэм Нуёма, ё-моё, —
Удивился Букин
И сказал: — Прости, Санек, —
Поднимая руки.

И заплакал Николай
Константиныч Букин:
— Ах какой я негодяй,
Ах какой я сукин...

И пошли по мостовой
Рядом опер с вором,
«Черный ворон, я не твой»
Распевая хором.