Юлий Ким

Крамольные песни

Письмо в союз писателей РСФСР

Позвольте, братцы, обратиться робко —
Пришла пора почистить наш народ,
А я простой советский полукровка
И попадаю в жуткий переплет.

Отчасти я вполне чистопородный,
Всесвятский, из калужских христиан.
Но по отцу — чучмек я инородный
И должен убираться в свой Пхеньян!

Куда же мне, по вашему закону?
Мой край теперь отчасти только мой:
Пойтить на Волгу, побродить по Пскову
Имею право лишь одной ногой!

Во мне кошмар национальной розни!
С утра я слышу брань своих кровей:
Одна кричит, что я кацап безмозгий,
Другая почему-то, что еврей...

Спаси меня, Личутин и Распутин!
Куда ни кину — всюду мне афронт.
Я думал, что я чистый в пятом пункте,
И вот, как Пушкин, порчу генофонд.

А мой язык? Такой родной, привычный.
Его питал полвека этот край —
Так русский он? Или русскоязычный?
Моя, Куняев, твой не понимай!

Живой душе не дайте разорваться.
Прошу правленье Эресефесэр:
Таким, как я, устройте резервацию,
Там, где-нибудь... в Одессе, например.

Там будет нас немало, многокровных:
Фазиль... Булат... отец Флоренский сам!
Нам будут петь Высоцкий и Миронов!
Вертинский также будет петь не вам.

Каспаров Гарик — тоже двуединый:
Разложим доску, врубим циферблат,
И я своей корейской половиной
Его армянской врежу русский мат!

А вас прошу, ревнители России:
Ой, приглядитесь к лидерам своим!
Ваш Михалков дружил со Львом Абрамычем Кассилем,
А Бондарев по бабке — караим!
1989