Дмитрий Филимонов

Метаморфозы

Земля большая!
Больше, чем диван,
но спящим на диване все равно...
Изобретатель сделал чемодан,
не помню точно, в коем веке, но
по некоторым сведеньям — давно.

Туризм!
Турист, а также интурист
в круиз без чемодана ни ногой.
Ах, чемодан, ты, как икра, зернист!
В такси и самолете, под рукой,
ты, как живот Гаргантюа, тугой.

В тебе роман, рубашка, пастила
и всякого добра невпроворот.
Эпоха чемоданная пришла.
В ЮНЕСКО, говорят, не первый год
О Годе чемодана спор идет.

Но спящим на диване все равно.
К чему волненья, если есть диван?
Окно зашторить! Дверь задраить! Но
и под диваном жирный, как баран,
пасется в поле пыли чемодан.

Он в сердце обладателя проник.
Диван трещит. Года идут. И вот
природу поражает нервный тик,
природе перекашивает рот —
беременный баран дает приплод.

Есть у вещей особенная прыть,
чем больше их, тем больше в них нужда.
И чемодан имеет право быть,
а также два, и третий не беда,
и пять не худо, было бы куда...

История явила цифру шесть.
Седьмой не поместился под диван
и, на диван сумев нахально влезть,
впоследствии пижаму надевал
и спал под шелухою одеял.

Яичница с утра. В обед борщи.
На ужин телевизор с колбасой.
И на дом приходящие врачи
не видели, как странен был больной.
А ночью он, простите, спал с женой.

Откормленная мирная жена
проигрывала годы в телефон.
Подмены не заметила она.
К тому же муж, оставшись без кальсон,
был чемоданом вниз переведен.

Земля большая!
Я не морщу лоб.
И верю — сон меня не посетит,
где, астрономом глядя в телескоп,
я изучаю ткань, которой крыт
большой прямоугольный сателлит.
Источник:
Дмитрий Филимонов. Черно-белая весна. — Библиотека Крокодила №7 (1067). — М.: Изд-во «Правда», 1989. — 48 с.