Аркадий Бухов

Афинские ночи

Сарапьянц из «Курьера» и Теткин из «Края»,
Сознавая, что жизнь наслаждений короче,
И мещанскую этику зло презирая,
По субботам открыли афинские ночи.
Декадентка Петрова, вдова-акушерка,
Две матерые, местно-известные Фрины
В уголке, где трясется без книг этажерка,
Обнажаются гордо и знойно-картинно...
Обстановка афинская стильно-красива:
На стене Айвазовский, открыток две пары,
На столе — колбаса, солонина и пиво,
В гонорарные дни — монпансье и сигары.
Ах, афинские ночи античного тона,
Сколько в вас отреченья от нудной морали,
Сколько красок в волнах голубого хитона
Из утащенной на ночь кухаркиной шали!..
Правда, пристав здесь видит одно балагурство,
Но по клубам шипят о крушеньи устоев...
Да, недаром сюда прибегают с дежурства
Фармацевт Шепшелевич и писарь Обоев...
Да, недаром, продав букинистам все книги
И собрав восемнадцать рублей торопливо,
Гимназисты нашли помещенье для лиги
(Как у тех...) и скупают сигары и пиво.
А в «Общественном сквере», на главной аллее,
Представители «Края» с «Курьером» едва ли
Не слыхали, как шепчут подросточки, млея:
«...Это те, что... афинские ночи... Узнали?..»
1912